Поздний Пушкин тяготеет к прозе: 'Лета к суровой прозе клонят', - сказал он в 'Евгении Онегине', который уже был заверs
Тема: Общие темы

Проза А. С. Пушкина

Поздний Пушкин тяготеет к прозе: «Лета к суровой прозе кло­нят», — сказал он в «Евгении Онегине», который уже был завер­шен, когда в 1831 году вышла первая книга художественной прозы Пушкина — «Повести Белкина». Уже здесь определилась позиция Пушкина-прозаика: писать точно, предельно лаконично, избегая ненужных украшений и стилистических фигур. «Слишком голой» назвал эту прозу Л.Н. Толстой, но Пушкин считал, что писать ее надо именно так: «просто, коротко, ясно».

В этой книге объединены пять повестей («Выстрел», «Метель» «Гробовщик», «Станционный смотритель», «Барышня-крестьянка»), в которых отчетливо выражены реалистические тенденции, более того: они носят демонстративно антиромантический характер. Ме­сто — российская провинция — и среда, в которой происходит их действие, мелкопоместный быт и нравы явно не подходят для ро­мантических сюжетов. На этом контрасте создается шутливый, ироничный тон повестей, а сами они могут показаться пародией на надоевшие сентиментальные и романтические сюжеты. Но за шут­ливым тоном скрывается весьма серьезное содержание: провинци­альный мир впервые предстает в русской литературе как воплоще­ние подлинного национального бытия страны. Не удивительно, что среди веселых повестей с острым, занимательным сюжетом оказа­лась та повесть, которая открывает одну из важнейших тем русской литературы XIX века — тему «маленького человека». Это повесть «Станционный смотритель», в которой Пушкин рассказывает о пе­чальной судьбе маленького чиновника, занимающего низшую сту­пень на социальной лестнице, Самсона Вырина. Все его счастье, вся жизнь заключалась в единственной дочери Дуне. Но ее увез в Петербург блестящий молодой гусар Минский. Пушкин уходит от традиционной сентиментальной развязки: Дуне удалось перешаг­нуть через непроходимую пропасть, которая отделяет мир «малень­ких людей» от мира столичной знати. Но ей не хватило стойкости и душевных сил, чтобы, войдя в новый мир, сохранить родственные связи с отцом, оставшимся за его чертой. Богатая барыня, она воз­вращается тогда, когда ее отец уже умер и просит прощения на его могиле. Читатель испытывает подлинное сочувствие к трагической судьбе «маленького человека», чье счастье оказалось растоптан­ным, с чьей жизнью не посчитались, и неминуемо задумывается над тем, почему так случилось.

Жизнь российской провинции находится в центре внимания пи­сателя и в неоконченном романе «Дубровский» (1832), где, наряду с романтической историей любви Маши Троекуровой и Владимира Дубровского, точно и реалистически достоверно представлена жизнь российской глубинки, в которой царит беззаконие и произ­вол богатых помещиков, вроде Троекурова, без всяких оснований отсудившего у Дубровских их родовое имение. В борьбе Дубровско­го за справедливость принимают участие и его крепостные кресть­яне, ушедшие вместе с барином из поместья и под его началом ор­ганизовавшие разбойничий отряд. Но это еще далеко не то широчайшее народное движение, которое станет предметом вни­мания Пушкина чуть позже, а лишь один из эпизодов, связанных с историей Дубровского.

Тема Петербурга, города призрачного, мистического, вновь ста­новится центральной в повести «Пиковая дама» (1834), рисующей страшную власть денег над человеком и силу рока, тяготеющую над ним.

Особое значение в творческом наследии Пушкина занимает «Ка­питанская дочка» (1836) — последнее его прозаическое произведе­ние, в котором историзм мышления Пушкина достигает подлинной глубины и зрелости. Критики расходятся в жанровом определении этого произведения: роман, историческая повесть. По форме это мемуары — записки старого Гринева, который вспоминает об исто­рии, случившейся с ним в молодости и повлиявшей на всю даль­нейшую жизнь. Его личная судьба — драматическая история люб­ви Петра Гринева и Маши Мироновой — оказалась тесно связана с историческими событиями — восстанием Пугачева. Так «семейная хроника» переплелась с событиями исторического масштаба, что позволило Пушкину, сочетая художественный вымысел, занима­тельный сюжет и исторически достоверное изображение героев и событий, выразить свою позицию по важнейшим вопросам: пробле­мам национального характера и народного бунта, соотношения ин­тересов личности и государства, исторических судеб всей страны и судьбы отдельного человека, долга и чести, нравственной чистоты и красоты человеческих отношений.

Проблема чести вынесена в «Капитанской дочке» на первый план: эпиграфом ко всему произведению стала пословица «Береги честь смолоду». По первоначальному замыслу предполагалось, что центральным героем станет дворянин, офицер, перешедший на сторону восставших. Но после работы в архивах, связанной с созда­нием исторического научного труда «История Пугачева», Пушкин пришел к выводу о несовместимости интересов дворянства и кре­стьянства. Перешедший на сторону Пугачева Швабрин в романе выглядит негодяем и предателем, а симпатии автора и читателей остаются на стороне Петра Гринева, сохранившего верность долгу и присяге, капитана Миронова и других простых русских офицеров и солдат, предпочитавших умереть, но не изменить долгу, сохранить свою честь. Другой вопрос, как автор относится к тем принципам, которые так беззаветно защищают эти герои? Как относятся к про­блеме долга и чести те, кто оказался в противоположном лагере — прежде всего сам Пугачев?

Весьма любопытно с этой точки зрения выглядит следующий факт: образ, созданный в художественном произведении, мало по­хож на Пугачева из научного труда того же автора — Пушкина. В «Истории Пугачева» предводитель восставших невелик ростом, тщедушен, и самое важное — отнюдь не блещет ни честью, ни дос­тоинством, ни чистотой нравственных устремлений. Здесь показа­ны потрясающие по своей жестокости казни и пытки, которыми ру­ководил Пугачев.

В романе только один раз Пугачев представлен в таком качест­ве: в сцене взятия Белогорской крепости. Но даже здесь автор под­черкивает, что жесткость восставших была во многом уравновеше­на жестокостью правительственных войск — это реальный исторический факт, о котором хорошо знал Пушкин, но на который не акцентировали внимание историки той эпохи.

В «Капитанской дочке» Пугачев оказывается совсем иным. Это широкая, чисто русская натура, которой присуще чувство достоин­ства и чести, четкое различение правды и лжи, свое представление о справедливости. Помня о заячьем тулупчике, подаренном ему Гриневым в награду за помощь во время бурана, Пугачев милует его, избавляя от мучительной казни на виселице, отпускает, а по­том помогает избавить Машу от притязаний Швабрина и делает возможным соединение влюбленных, став для них посаженым от­цом. «Казнить так казнить, миловать так миловать», — вот девиз пушкинского Пугачева. Почему же автор так изменил образ чело­века, которого он узнал из архивных документов?

Крестьянская война, ставшая предметом пристального внимания писателя, шла почти полтора года — с 1773 по 1774, против восстав­ших были брошены войска русской армии с ее крупнейшими воена­чальниками. Борьба была жесткой и кровопролитной. Создавая ро­ман, Пушкин размышлял о том, как можно примирить враждующие силы в обществе, как сделать так, чтобы не возникал никогда этот страшный «русский бунт, бессмысленный и беспощадный». Писатель считал, что не важно, плохи или хороши участники «русского бунта», он ужасен сам по себе — и это исторический закон. Вот почему так необычно вплетается в канву исторического повествования история личной жизни — любви Маши и Гринева. И оказывается, что тот, кто был «злодеем для всех», для влюбленных стал благодетелем, «по­саженым отцом», без участия которого их судьбы никогда не соеди­нились бы. Но для этого перед нами должен был предстать не просто предводитель восстания, злодей или герой, а человек, умеющий слы­шать и понимать другого человека. Милосердие и человечность, столь неожиданного проявившиеся в «страшном злодее», оказывают­ся сильнее беспощадных законов «русского бунта».

С другой стороны, должен быть герой с непредвзятым взглядом, который способен увидеть и донести до читателя такую необычную точку зрения на Пугачева. Им становится рассказчик — молодой Гринев. Недоросль, мечтающий о веселой жизни в Петербурге, пылкий влюбленный, а потом отважный защитник Белогорской крепости, считающий Пугачева «вором и злодеем», Гринев в конце концов меняет свое мнение об этом человеке. Расставаясь с «ужас­ным человеком, извергом, злодеем для всех», кроме него, он чувст­вует к Пугачеву не только благодарность, но и «сильное сочувст­вие», даже хочет «вырвать его из среды злодеев» и «спасти его голову». Этому не суждено было свершиться: последняя встреча Гринева с Пугачевым происходит во время казни предводителя «русского бунта». Материал с сайта //iEssay.ru

Но такие качества, как терпимость, понимание и милосердие, нужны, по мнению Пушкина, не только отдельному человеку: они должны стать руководящими принципами жизни общества. Выяв­ляя эту мысль, автор строит свой роман так, что перед нами прохо­дит ряд параллельных эпизодов, рисующих то лагерь восставших, то представителей дворянского мира. Последним также присущи жестокость и нетерпимость. Гринев, по логике действующих там законов, признается предателем и должен быть осужден. Маша, приехавшая в Петербург просить о помиловании Гринева, говорит, что ищет «милости, а не справедливости». Это очень показательно: государыня не может помиловать Гринева, но просто женщина, встреченная Машей в саду и выслушавшая ее трогательный рас­сказ о злоключениях влюбленных, готова ее понять. И тогда, пре­вратившись в Екатерину П, эта женщина объявляет о помилова­нии, и Маша с Гриневым наконец обретают счастье.

Все это похоже на сказку: сначала «злодей» Пугачев, превраща­ясь в «доброго волшебника», помогает влюбленным, а потом свою роль благодетельницы исполняет Екатерина, из строгой и беспо­щадной императрицы становясь «доброй феей». Но сказочный эле­мент не противоречит ни достоверности изображения, ни авторской объективности. Пушкин не снимает остроты стоящей проблемы: стихийное начало русской жизни оказывается очень сильно, оно присуще ее глубинным основам. Недаром Пугачев появляется из бурана, метели, символизирующей природную стихию мятежа. Во всей своей трагичности и поэтичности она передается в сцене ис­полнения песни «Не шуми, мати, зеленая дубравушка». Она же чувствуется в калмыцкой сказке об орле и вороне, которую Пугачев рассказывает Гриневу. Ответ Гринева: заниматься грабежом и раз­боем — значит есть мертвечину. Но такая позиция не устроит чело­века, во что бы то ни стало стремящегося, как Пугачев, к вольной- волюшке. Вот почему в вещем сне Гринева Пугачев — это и его по­саженый отец, и мужик с топором.

С другой стороны, только случайность позволила строгой, порой жестокой, императрице Екатерине П на миг показать свое иное лицо, превратившись в разговоре с Машей во внимательную к чу­жому горю, милосердную женщину. Эта случайность не отменяет неумолимости логики государственной целесообразности, никак не учитывающей интересы личности. Проблема, поставленная Пуш­киным, осталась не разрешенной до конца. Но великий писатель- гуманист показал тот путь, который он считал единственно воз­можным для ее решения: законы государства — неважно какого, дворянского или крестьянского — должны стать такими, что глав­ным среди них окажется закон человечности, закон милосердия. Это пушкинский завет потомкам, его «лелеющая душу гуманность», которая никогда не утратит своей актуальности для людей.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском ↑↑↑
На этой странице материал по темам:
  • А.С Пушкин проза
  • коротко о прозах пушкина
  • белинский о прозе пушкина
  • проза А.С Пушкина.
  • проза пушкина анализ
Материал с сайта http://iEssay.ru
Предыдущее Ещё по теме: Следующее
Поэмное творчество А. С. Пушкина Пушкин Александр Сергеевич Пушкин - свой для всех эпох